Летом 1941 года средняя продолжительность жизни «сталинских соколов» на передовой не превышала двух недель. А истребителю-«попаданцу» из далекого будущего отпущено и того меньше. За эти десять фронтовых дней не успеть ни пробиться на прием к Сталину, ни ликвидировать фюрера, ни создать реактивную авиацию. Всё, что ты можешь, оказавшись в теле своего прадеда, — занять его место в боевом строю И-16, чтобы погибнуть в бою за Родину... Десять дней в небесном аду, десять дней отчаянных боевых вылетов на прикрытие, разведку и перехват, на сопровождение бомбардировщиков и самоубийственные штурмовки... Два сбитых фашистских аса, уничтоженная немецкая супермортира, спасенный от гибели под бомбами прадедовский полк.. Много это или мало, чтобы изменить ход войны? Ради чего «попаданцу» взлетать в преисподнюю и сгорать заживо? Достойно ли наше будущее бессмертной дедовской славы?..
Если ты телохранитель принцессы, то не удивляйся неизбежным последствиям. Вроде-то клинка в спину, яда в кубке, или на худой конец небольшой, но очень острой стрелы в мягкую седалищную часть... Но если твоя подопечная не просто принцесса, а маг и принцесса эльфийская, в подопечных кроме нее еще и малолетний глуповато-ершистый, опять же эльфийский принц... Которого, и из-за которого, в принципе, вас всех вместе и хотят убить... Не удивляйся если способы убийства будут в основном магические, битвы эпические, последствия, так и хочется добавить - исторические... И казалось бы простая прогулочка по Мирам, превратится в стойкий, навязчивый и кажущийся бесконечным Ад.
Три года понадобилось Владе Егоровой, чтобы собрать осколки своего разбитого сердца. Прошлое осталось позади, теперь она – студентка журфака, новоиспеченный сотрудник «модного глянца». И в ее жизни, наконец, появился достойный мужчина. Самое время начать все с чистого листа. Забыть и простить то, что простить невозможно. Но случайная встреча со Стасом Онегиным снова переворачивает все с ног на голову. И, кажется, в этот раз он намерен окончательно испортить ей жизнь.
Остров-эксперимент… Попав сюда, остается только надеятся на чудо или на быструю смерть. Здесь выживает сильнейший. Дите предложили выбор — десять лет в самой глухой тюрьме или участие в эксперименте. Она бы выбрала тюрьму, где так или иначе был шанс выжить, но за остров платили… А деньги очень нужны на лечение брата. Васлав живет на острове уже в течении пяти лет и эта «серая мышь» ему только мешает. Хотя… мешает ли?
Чертенок-практикант Эзергиль и его подружка и соперница – девчонка-ангел Альена – борются за неприкаянную душу, упрямо балансирующую между Добром и Злом…Борьбу, и без того «чреватую», осложняют «посторонние лица» – туповатый одноклассник Эзергиля по адской школе, его дядюшка, переквалифицировавшийся из демонов в ангелы, – и священник из бывших спецназовцев…Бедному чертенку противостоит как черт знает что, сама Судьба!
Новый роман Владимира Сорокина – это взгляд на будущее Европы, которое, несмотря на разительные перемены в мире и устройстве человека, кажется очень понятным и реальным. Узнаваемое и неузнаваемое мирно соседствуют на ярком гобелене Нового средневековья, населенном псоглавцами и кентаврами, маленькими людьми и великанами, крестоносцами и православными коммунистами. У бесконечно разных больших и малых народов, заново перетасованных и разделенных на княжества, ханства, республики и королевства, есть, как и в Средние века прошлого тысячелетия, одно общее – поиск абсолюта, царства Божьего на земле. Только не к Царству пресвитера Иоанна обращены теперь взоры ищущих, а к Республике Теллурии, к ее залежам волшебного металла, который приносит счастье.
Вы думаете, чтобы справиться с голливудским продюсером, вам необходима психоматрица Дизраэли, нет, а может быть психоматрица Ивана Грозного, нет, идеально для ваших целей подходит только психоматрица Мамонтобоя — сына Большой Волосатой.
"Американская трагедия" - самое известное произведение выдающегося американского писателя Т.Драйзера (1871-1945). Как и во всех своих романах, Драйзер в "Американской трагедии" даёт широкую картину нравов и быта изображаемой им среды. Сущность трагедии Грифитса, кончающего свою жизнь на электрическом стуле, его социальная неприспособленность к окружающей действительности, сочетающаяся со стремлением выдвинуться, занять исключительное положение, войти в буржуазные круги.